История возрождения традиционного производства холщёвых кед на резиновой подошве.

Кажется, первыми были Shoes Like Pottery. В 2010 году MoonStar, обувная фабрика с более чем столетней историей производства обуви, в качестве экспоната на выставке DESIGNING? презентовала простые канвасовые кеды на резиновой подошве ака ”плимсолы” вместе с классическими предметами керамической посуды. Таким образом MoonStar хотела обратить внимание на то, насколько вулканизация — одна из стадий в процессе изготовления обуви — похожа на традиционное гончарное дело, несмотря на тот факт, что мы привыкли считать кеды расходным материалом, который быстро приходит в негодность. Реакция оказалась настолько положительной, что уже в начале 2011 года кеды поступили в продажу.

Фото: Shoes Like Pottery

Спустя пару лет кеды японского производства добавляет в свою коллекцию Anachronorm. Весной 2014 года похожие появляются у the Hill-Side. В то же время рождается Doek. В начале этого года за обычные кеды взялся Джон Лофгрен, проживающий в Японии американец, известный каноническими рабочими сапогами. Наконец, на прошедшей на прошлой неделе выставке (сapsule) в Нью-Йорке свою версию знаменитого силуэта представили канадцы из Naked & Famous. И если все предыдущие компании смело можно называть нишевыми, то последняя продаётся в сотне магазинов по всему миру.

Помимо того, что кеды всех перечисленных брендов производятся в Японии, их объединяют схожие формы, вдохновлённые классическими силуэтами вроде Chuck Taylor, Jack Purcell и Center Hi. К тому же, все они изготовлены методом вулканизации, когда подошва крепится к верху за счёт химической реакции, протекающей в печи при температуре около 120°-130° в течение 70 минут. Более того, интернет-магазины, в которых представлена обувь этих брендов, часто предупреждают, что японские кеды идут на полразмера больше обычных. Вполне возможно, что всё это простые совпадения. Но более вероятной мне кажется версия о том, что Shoes Like Pottery, Anachronorm, the Hill-Side, Doek, John Lofgren, а теперь ещё и Naked & Famous производятся на одной и той же фабрике MoonStar.

Кроме MoonStar в Японии существует всего две фабрики, обладающие мощностями для производства обуви методом вулканизации. Одна из них принадлежит Asahi Shoes, так же как и MoonStar базирующейся в Куруме, префектура Фукуока и отвечающей, например, за производство японского бренда Sols. Другая — компании Nichiman из Хиросимы, префектура Тюгоку. Официально подтверждено, что Doek изготавливаются на фабрике MoonStar. Что касается Anachronorm и the Hill-Side, то, если внимательно осмотреть их подошву, то легко заметить одинаковую полоску “MADE IN JAPAN” — точно такую же, как на подошве Shoes Like Pottery. Остаются John Lofgren и Naked & Famous, о которых сложно что-то сказать наверняка, но учитывая опыт других брендов, было бы логичным предположить, что и они, в свою очередь, тоже обратились к MoonStar.

Подошвы Shoes Like Pottery, Anachronorm и the Hill-Side

Однако в отрыве от того, что различные бренды предположительно заказывают кеды у одного и того же производителя в Японии, в чём заключается их преимущество по сравнению с Converse, Vans, Sperry и другими, чьи аналоги не только пользуются большей популярностью, но и стоят в 2—3 раза дешевле? Основной процесс производства и тех, и других выглядит приблизительно одинаково. Готовую верхнюю часть кроссовка загибают вокруг внутренней части подошвы (то, на чём впоследствии лежит стелька). Затем по контуру натягивают ленту из ещё мягкой резины, загибая её вниз на подошву. Верхняя часть, таким образом, оказывается зажата между стелькой и лентой. После этого приклеивают нижнюю часть подошвы (то, чем мы наступаем на различные поверхности), дополнительно закрепляя верх и низ ещё одной лентой. Наконец, вулканизация: готовый кроссовок помещают в печь, где при температуре около 120°-130° в течение 70 минут протекает химическая реакция, в результате которой, во-первых, все резиновые части (внутренняя подошва, внешняя подошва и две скрепляющие ленты) фактически становятся единым целым и, во-вторых, резина приобретает замечательные свойства прочности и эластичности at the same damn time.

Таким образом изготавливаются и Vans, и Shoes Like Pottery. Та же MoonStar помимо японской фабрики имеет завод в Китае, где процесс производства обуви на вулканизированной подошве поставлен на поток. Разница кроется в мелочах. Во-первых, материалы. MoonStar разрабатывает собственные резиновые смеси для достижения наилучших свойств материала в процессе вулканизации, что, в свою очередь, должно обеспечивать повышенный комфорт в процессе носки и увеличенный срок службы. Во-вторых, подобно процессу производства первоклассных оправ для очков из ацетилцеллюлозы MoonStar вырезает необходимые части из цельного листа резины вместо того, чтобы заливать её в формы. В-третьих, контроль качества и этические нормы, чёткое соблюдение которых гарантировано в Стране восходящего солнца.

Цены на кеды различных брендов, изготовленные на фабрике MoonStar в Японии, находятся на уровне около $150 за пару и различаются главным образом в зависимости от используемых материалов верха. Например, самые простые Shoes Like Pottery обойдутся в $135 + $33.95 за доставку в END.. Doek идут в ту же стоимость, но найти их гораздо сложнее. Особенно с доставкой в Россию: $185 CAD + $50 CAD за доставку в Lost & Found, ¥12 960 с запросом по электронной почте в Good Weaver или на удачу у других японских ритейлеров. Зато в Doek используется каcури (kasuri) — плотная ткань, до сих пор изготавливаемая на старинных станках в Куруме и окрашиваемая вручную натуральным индиго. Наибольшее разнообразие материалов и расцветок, само собой, предлагает the Hill-Side: от $150 за слипоны из шамбре и канваса до$225 за высокие кеды из донегал твида, созданного на заказ ирландцами из Molloy & Sons. Ещё дороже ($245 в Self Edge) обойдутся John Lofgren, однако каких-либо причин помимо эксклюзивности я для этого не вижу.

На мой взгляд, учитывая японское производство и потенциальные преимущества хорошей резины и вулканизации по всем правилам, стоимость выглядит вполне оправданной. Те же Common Projects переоценены гораздо значительнее, несмотря на использование кожи. С другой стороны, этим летом я сменил свои старые “плимсолы” на базовые Jack Purcell, и пока полёт нормальный.

И почему Converse не имеет никакого отношения к появлению легендарной модели.

Converse — один из тех брендов, которые, кажется, существовали всегда. Ещё ребёнком с одобрения родителей я выбирал силуэт Chuck Taylor All-Stars для спортивных занятий и дачных гулянок. Тогда я, конечно, не знал ни модели, ни бренда, да и производителем была вовсе не компания Converse, а безымянные заводы в Китае. Тем не менее, именно этот силуэт являлся для меня синонимом слова “кеды”.

Однако в отличие от каких-нибудь Nike или adidas, для которых многие с ходу назовут или, по крайней мере, вспомнят 5-10 моделей, Converse — это как-будто Chuck Taylor All-Stars и всё. Как бы смешно это ни звучало, но о существовании Jack Purcell я узнал, только благодаря коллаборации с Comme des Garçons. И не потому что я что-либо знал о последнем, а потому что попробуй не обратить внимания на “странные “Конверсы” с красным сердечком на боку”.

Converse Jack Purcell

Вместе с тем, в США Jack Purcell — силуэт, не менее узнаваемый, чем Chuck Taylor All-Stars. Настоящая классика. И в последнее время Converse уделяет модели всё больше и больше внимания: сначала серия совместных коллекций с британским производителем непромокаемых плащей Hancock, затем обновлённая версия, дополненная амортизационной технологией Nike Zoom (с 2003 года бренд Converse принадлежит Nike). Однако так было не всегда. Более того, когда-то модель Jack Purcell и вовсе выпускалась не компанией Converse. Но обо всём по порядку.

Фото: Searching for June Cleaver

Когда-то я уже рассказывал о «плимсолах» или «лёгких кедах из парусиновой ткани на резиновой подошве», летней обуви британских работяг ХIХ в. Точно проследить их историю в США довольно сложно, однако доподлинно известно несколько фактов. Первое упоминание термина sneaker, предполагающего наличие резиновой подошвы, зафиксировано в 1887 году в The New York Times со ссылкой на The Boston Journal of Education. В короткой выдержке школьный учитель сетует на жаргон своих учеников, которые таким образом называли теннисную обувь.

В 1889 году произошла масштабная консолидация многочисленных резиновых компаний в единую U.S. Rubber, основным бизнесом которой до массового распространения автомобилей было именно производство обуви. В 1916 году U.S. Rubber создала отдельный спортивный бренд, получивший незамысловатое название Keds. И хотя к тому моменту спортивная обувь на резиновой подошве была уже не в новинку, именно Keds многие называют первым широко распространённым кроссовочным брендом. Годом позднее Converse представила знаменитую баскетбольную модель All-Stars (тогда ещё без приставки Chuck Taylor). Однако, как я уже упоминал выше, к появлению Jack Purcell компания Converse не имеет никакого отношения.

Фото: Heddels

Джек Пёрселл родился в Канаде в 1903 году, спустя три года после того, как в этой стране состоялась первая игра в бадминтон. Начав карьеру бадминтониста в возрасте 21 года, к 30 годам Джек обыграл всех лучших игроков Канады, США и Великобритании, став таким образом чемпионом мира в этом виде спорта. В 1935 году для разработки новых спортивных кроссовок его пригласила компания B.F. Goodrich. Так родились Jack Purcell, легендарные кеды, в которых сам Джек играл вплоть до 1945 года, когда он оставил карьеру, так и не уступив своего титула.

На некоторых рекламных плакатах Jack Purcell можно заметить крупные буквы PF, навевающие мысли о бренде PF Flyers, который так же принадлежал B.F. Goodrich. Однако скорее всего они обозначают наличие технологии Posture Foundation, патент на которую представитель компании Хайман Уитмен получил в 1932 году. Суть разработки заключается в наличие супинатора — части подошвы или стельки, распределяющей нагрузку равномерно от центра стопы. Кеды, в которых применялась технология стали настолько популярны, что в 1937 году B.F. Goodrich запустила отдельный бренд, который и получил название PF Flyers.

Джеймс Дин в кедах Jack Purcell

Характерной чертой модели Jack Purcell является синяя полоска на мыске, при взгляде сверху напоминающая улыбку. Именно по ней модель легко опознать на старых чёрно-белых фотографиях. Джеймс Дин, Стив МакКуин, Элвис Пресли, Джорж Харрисон — все они в разные годы появлялись в классических белых Jack Purcell и несомненно способствовали росту их популярности. К концу 60-х Jack Purcell стали настолько популярны, что под тем же брендом стали выпускать и другие модели, дизайн которых лишь отдалённо напоминал оригинал.

Но со временем дела у PF Flyers, главного бренда B.F. Goodrich, шли всё хуже, и в 1972 году всю компанию выкупила Converse. Позднее из-за антитрастового законодательства соглашение пришлось расторгнуть, однако бренд Jack Purcell так и остался за последней. Кто знает, возможно это и к лучшему, потому что иначе знаменитый силуэт мог кануть в лету вслед за PF Flyers, которые только сейчас, после покупки компанией New Balance в 2001 году, получили второе рождение.

Сегодня базовые белые Jack Purcell представлены аж в трёх едва различимых внешне вариациях: Jack Purcell Classic, Jack Purcell Woven Tape и Jack Purcell Signature. Одна из них и стала моей новой парой простых белых кед на лето. Почитать про старые, а также узнать, какие ещё бывают варианты, вы можете в моём прошлогоднем посте. А про новые — в следующий раз.

И где найти недорогие варианты.

Так уж сложилось, что классическая кожаная обувь — редкий зверь в наши дни. Особенно любят жаловаться по этому поводу американцы. Дескать, куда ушли те времена, когда каждый мужчина имел пару хороших ботинок на все случаи жизни и по воскресеньям не появлялся на людях без галстука.

У нас свои причины на это: «Белорусская обувь» ака школьная сменка, остроносые туфли в арбузный сезон, прямоугольные «пластиковые» носы под серебряный костюм — ну кому это нравится? С появлением Zara всё правда стало несколько пристойнее. Кажется, на фотографиях их копии и вовсе не уступают вещам именитых дизайнеров. Но помните сказку, в которой карета превращается в тыкву? А мультик, где антилопа выстукивала золото, которое потом обратилось в черепки? До сих пор не пойму, что за черепки такие.

Моя пара Florsheim Veblen спустя три года носки

Неудивительно, что сегодня многие не представляют, что такое настоящие кожаные ботинки. А когда вдруг заметят, искренне удивляются. Стоит мне появиться «лонгвингах» — одном из наименее формальных представителей классической обуви — как меня тут же встречают вопросом, по какому поводу я так нарядился. Хотя однажды в метро девушка похвалила вовсе не мои ботинки, а выглядывающие из под них жёлтые носки Ralph Lauren. Но тут другое: Florsheim — это всё же не «Ральф».

Спору нет, среди вездесущих треников и панам найти такой случай, по которому уместно надеть пару классических ботинок — задача не из простых. С другой стороны, кто сейчас покупает одежду, потому что она ему реально необходима? В конце концов, это всё инвестиции в будущее, ведь так? И кожаная обувь является возможно самой красивой из всех.

Моя пара Florsheim Veblen спустя три года носки

Свою пару «лонгвингов» я покупал вместе с «Кларксами» уже более трёх лет назад. Когда-то давно обувь Florsheim являлась стандартом для американских клерков, но с тех пор многое изменилось. Производство перенесли в Индию, на материалах стали экономить, а классические модели заменили каким-то кошмаром. Это особенно печально, учитывая тот факт, что оригинальные Florsheim из тех времён, когда их всё ещё делали в Америке, до сих пор способны дать сто очков вперёд любым подражателям.

В последние годы предпринималось несколько попыток исправить ситуацию — включая пёструю линейку c Нью-Йоркским модным брендом Duckie Brown, — и модель Veblen оказалась, пожалуй, самой удачной. При стоимости в $160 едва ли можно желать чего-то ещё. С одной стороны, они выполнены по всем канонам классической обуви: кожаная подошва конструкции goodyear с пробковым наполнителем внутри, кожаные верх и внутренняя отделка, невысокий каблук. В наших реалиях этого вполне достаточно для большинства формальных мероприятий. С другой стороны, стоит надеть потёртые джинсы, и благородный силуэт long wing (это когда фигурный мысок с узорчатой перфорацией тянется вдоль подошвы до самой пятки) приобретает тот лёгкий щегольской оттенок, без которого Вронский вряд ли цепанул бы Каренину. Уж это я из школы запомнил.

Ещё одна причина, по которой хорошая классическая обувь сегодня не так популярна, как поделки масс-маркета или удобные “Найки” — это, конечно, цена. Может быть, все бы и рады выйти на воскресный променад в красавцах Alden или Trickers, но качество материалов и сложность производства устанавливают стоимость на уровне $500 и выше. Именно поэтому появление классических Florsheim Veblen всего за $160 вызвало бурный ажиотаж среди американских любителей #menswear. Безусловно, тут и материалы попроще, и производство в Индии, но в остальном — это классные ботинки высокого качества, которые, хочется верить, прослужат мне ещё долгие годы.

К сожалению, сейчас мне не удалось найти Veblen на официальном сайте Florsheim. Есть подозрение, что их сняли с производства, заменив возрождённой моделью Kenmoor. Однако при цене в $225 выбор в пользу Florsheim уже не так очевиден.

Вместо этого можно обратить внимание на испанский Meermin, которому уже несколько лет удаётся держать цены на уровне €160, будь то лонгвинги, монки или лоферы с кисточками. Мне пока не приходилось сталкиваться с ними лично, но я читал множество хвалебных отзывов.

По своему личному опыту могу рекомендовать французов Markowski. Я несколько раз бывал в их магазинчике в Париже, и в итоге это закончилось парой мокасинов, удобнее которых мои ноги не встречали. Одно время они пытались шить свою обувь во Франции, но со временем, чтобы держать уровень цен, перенесли производство в Испанию. Существуют и более доступные опции, но, судя по впечатлениям проверенных Put This On и Broke And Bespoke, жертва в качестве становится уже чересчур ощутимой.

Прошло уже два месяца с тех пор, как сразу несколько членов команды Fott объявили о своём уходе. Что интересно, покинули проект его наиболее публичные участники: в большинстве случаев как раз они давали интервью, а их лица чаще других светились в инстике магазина. Может быть, поэтому у меня сложилось впечатление, что именно они и стоят за успехами, которых Fott добился за последние 6 лет. Дальнешие планы отошедших от дел первое время скрывались за тремя буквами #itk, но спустя два месяца официально оформились в ITK Brotherhood.

Магазин Fott вырос из одноимённого форума Fashion on the terraces, посвящённого футболу, стилю и другим «мужским» интересам. В 2006 году, когда я только начинал кататься на скейтборде, форумчане и сегодняшние владельцы магазина — Дмитрий Сартаков, Евгения Рафальсон и Сергей Танин — уже привозили в Россию актуальную одежду. У меня в те годы был свой форум, а мои представления о стиле помимо скейтовых видео ограничивались «Квадрофенией» и витринами кэжуал магазина St. George сразу за Казанским собором.

Ныне покинувшие участники проекта присоединились к команде в 2008 году, когда Fott обзавёлся первым шоу-румом. Они же запустили блог Freizeit, где стали рассказывать о жизни магазина и сопутствующем лайфстайле. И это, на мой взгляд, очень правильная идея — не зазывать тут же людей за покупкой, а развивать их, просвещая и побуждая к самостоятельным поискам. Всё вместе это должно способствовать сближению покупателей с культурой магазина, повышая их заинтересованность и лояльность. По какой-то причине большинство российских магазинов такую возможность упускают, в лучшем случае ограничиваясь новостями об обновлении ассортимента и тумблр картинками в социальных сетях (это в 2014-то году!). Видимо считается, что если блог — трудоёмкая работа, за которую нужно платить дополнительно — не выражается в конкретных продажах, то и заниматься этим не стоит.

К сожалению, заинтересовавшись в 2010 году #menswear и априори решив, что ничего интересного по теме в рунете мне не найти, всю движуху на Frezeit я пропустил. С тех пор блог был перезапущен, и все старые заметки канули в Лету. А новые — уже не торт: в большинстве случаев они малоинформативны, несмотря на то, что затрагивают интересные и актуальные темы. Сегодняшний Freizeit сильно напоминает Fott Paper — печатное издание магазина, посвящённое поездкам команды, беседам с основателями брендов, каким-то рекомендациям на грядущий сезон. Само собой не без лукбуков. И всё вроде бы замечательно, но если уж вы добрались до Найджела Кейбурна в Ньюкасле, то почему бы не задать ему больше четырёх вопросов?

Зато мне очень нравится блог на обновлённом сайте Fott. Периодически там появляются интервью с интересными покупателями, которым есть что рассказать о своей работе или увлечениях. Кроме того, блог регулярно обновляется новыми релизами, всегда сопровождаемыми небольшим описанием и хорошей съёмкой продукта.

Вообще время от времени Fott радует очень классными проектами. До сих пор помню потрясную серию видео-роликов Better Than Breakfast, снятых Сашей Худом (Александр Худоконь, бывший скейт-оператор, снявший, ставшие классикой, российские фильмы о скейтбординге Imagination 1, 2 и «Театр Абсурда». Закончив New York Film Academy, Саша стал режиссёром и проживает в Америке).

Но с Fott связано и очень много спорных моментов. В первую очередь все, кто сталкивается с магазином впервые, конечно, считают своим долгом возмутится по поводу цен. Ведь не зря появились «всё очень дорого», 11 990, «Копили весь год на штаны». Действительно, приходит неподготовленный покупатель, а там, например, рубашка со скидкой стоит 7 600 руб. И на бирке даже не Paul Smith. Впрочем вопросы могут возникнуть и у тех, кто в теме. Почему, например, классические Clarks Desert Boots стоят 8 690 руб., когда в американском NeedSupply такие же можно найти за $120 (или около 4 600 руб. с доставкой)?

Подобные вопросы магазину задают регулярно. И ответы могут быть самыми разными:

Сергей Танин в «Коммерсанте»:

Закупочные цены, с которыми работает Fott,— как для европейских магазинов. Маржа — на том же примерно уровне. Но вещи все равно стоят на 30% дороже, чем, скажем, в Германии. «Разницу обеспечивают 18% НДС и таможенная пошлина, которая для одежды составляет примерно 25%. Еще около 10% — логистика,— говорит Сергей Танин.

Павел Осовцов в интервью „Вечерней Москве“ в 2012 году:

Я бы не сказал, что они завышены. Дело в том, что в FOTT представлены в основном уникальные европейские, американские и японские марки, поэтому сравнивать цены нужно с зарубежными магазинами.
Так вот наши цены не сильно отличаются от европейских. За границей эти марки стоят практически столько же, сколько и у нас. Мы ориентируемся на средний класс, на мужчин от 20 до 35 лет. Хотя часто к нам приходят люди и старше, и моложе этого возраста.

Однажды Павел Осовцов даже написал пост на FurFur на тему ценообразования в Fott.

Ещё одно мнение озвучил Михаил Осипов:

Заказывать одежду через интернет — это вообще форма психического отклонения. Существует определенный возрастной порог, и когда вы проходите его, вам приятнее покупать в настоящем магазине. Даже если вы теряете при этом одну, две, три тысячи рублей. Я понимаю людей, которые в двадцать, двадцать два года, не имея постоянного стабильного дохода, пытаются примерять на себя определенный образ жизни. Им действительно приходится экономить везде. Но взрослому человеку все эти сложности, связанные с почтовыми пересылками, доставками, не нужны.

Собственно, последнее как раз про меня. Хотя я сильно сомневаюсь в том, что Михаил придерживается такого же мнения о покупателях Fott, проживающих за пределами столицы. В любом случае, на мой взгляд, каждый волен поступать так, как ему больше нравится. Магазины вывешивают товары с ценниками, которые их устраивают; покупатели выбирают магазины, которые им симпатичнее по тем или иным причинам. И нечего одним жаловаться на других.

Лично я за последние четыре года привык к покупкам через интернет. Мне нравится листать страницы интернет-магазинов. Я не вижу никакой проблемы в том, чтобы обратиться в службу поддержки, если вдруг не уверен в размере. Мне приятно через месяц сходить в почтовое отделение (в случаях доставки каким-нибудь национальным почтовым сервисом вроде американского USPS) или в течение недели встретить дома курьера (FedEx обычно доставляет за 4-6 дней). При этом, попадая в реальный магазин, будь то Fott в Москве или какой-нибудь French Trotters в Париже, я, конечно, не упускаю возможность „пощупать“ вещи, которые до этого привлекли моё внимание в интернете. И я не вижу ничего зазорного в том, чтобы тут же узнать свой размер на случай, если в будущем появится возможность купить вещь этого бренда через интернет.

Впрочем у меня Fott всегда вызывал несколько другие вопросы. Зачем плакаты в стиле Supreme? Почему боевой клич вогонов из „Автостопом по галактике“? Откуда столько хайпа вокруг Onitsuka Tiger x Fott, когда питерский Anteater на тот момент выпустил уже два коллаба с Saucony и готовил третий? Каким образом в магазине, который про простые качественные вещи, вдруг появляется скейтовый Palace ака новый Supreme? Проще говоря, на протяжении последних четырёх лет мне казалось, что многое из того, что делает Fott, я уже видел.

И это можно понять: в условиях, когда прямых конкурентов на российском рынке практически нет (а те, что есть, гораздо мельче), а потребители не слишком осведомлены, Fott, не особо напрягаясь, мог задавать тренды, которые уже сработали на развитых рынках Европы и США. Но для тех, кто следил за иностранными блогами, многие действия Fott сразу казались „ласт сизн“. Те же панамы уже давно летают по Нью-Йорку (смотри Supreme Cherry), уж не говоря об Odd Future и тем более SchoolBoy Q.

Это вовсе не плохо. Но отсутствие у магазина собственного видения, почерка меня несколько отталкивает. В то же время я отдаю должное команде Fott: за 6 лет им удалось создать то, чего до этого в России попросту не было, собрав внушительный портфель брендов и фактически сформировав спрос на #menswear. И хотя проекты вроде Fott Stylist со стороны не могут не вызывать улыбки, в конце концов именно благодаря таким подвижкам люди в нашей стране начнут лучше одеваться. К тому же, именно на этом мероприятии я встретил замечательного Дэвида Кейта из Universal Works.

Думаю, что уход четырёх участников не помешает дальнейшему успешному развитию проекта, хотя и несколько отразится на его стратегии, в то время как новоиспечённый ITK Brotherhood будет способствовать появлению на российском рынке новых брендов и более широкому распространению уже присутствующих. Чему нельзя не порадоваться.

Бублики, турецкий завтрак, жевательное мороженое, два кебаба, два модных местечка и мокрые бургеры.

Честно говоря, не могу сказать, почему, задумывая поездку в Стамбул, я возлагал большие надежды на еду. Представали ли передо мной картины паломничества в мекку кебаба? Или я бредил сверкающими горами восточных сладостей в бесконечном лабиринте мягких шатров? Не знаю. Может быть, мы просто всегда возлагаем большие надежды на еду.

Симит

Отправляясь в Стамбул, я уже знал, что турецкие завтраки заслуживают особого внимания. О чём я не догадывался, так это о том, что первый приём пищи придётся провернуть ещё до завтрака. Причина этому — бублик симит. Мягкий внутри, снаружи он наделён хрустящей корочкой, предусмотрительно покрытой жареным кунжутом. Отказать себе в таком действительно сложно: симиты продаются буквально на каждой улице, стоят всего одну лиру, по вкусу тянут на все пять.

Какие-либо попытки сопротивляться симитам закончились полной капитуляцией после того, как мы наткнулись на местечко, где их пекут. Найти его гораздо проще, чем объяснить, где оно находится. Направляясь по Истикляль в сторону Галаты, нужно свернуть налево (поворот сразу после красивого здания Галатасарайского лицея) на улицу Yeni Çarşı, ведущую к трамвайной остановке Tophane. Пока вы спускаетесь в сторону Босфора, Yeni Çarşı незаметно превратится в Boğazkesen, и тут по правую руку уже можно искать заветную пекарню. Посидеть здесь впрочем не удастся, только бизнес. Помимо свежих симитов можно попробовать сдобную косичку (ака слойка «Свердловская») или нечто песочное, слегка солёное, по форме напоминающее букву «ф».

Турецкий завтрак

Булки булками, но ведь надо и позавтракать. Для этого мы отправились в Cafe Privato. Как подказывает «Википедия», турки предпочитают простой завтрак (köy kahvaltısı — деревенский завтрак). Поэтому, заказав на двоих одну порцию (около 30 TL), через 10 минут мы увидели на своём столе: 2 оладушка, слоёную булочку с сыром, напоминающим брынзу, яичницу, 2 разных сырничка, хлебную корзину (пополняемую по мере необходимости), 2 вида сливочного масла, 4 вида сыра, 4 вида варенья, 2 соуса (ореховый и томатный), морковный салат с зеленью, хитро маринованные оливки и мёд. Прелесть такого завтрака в том, что, с одной стороны, сложно съесть слишком много (всё вышеперечисленное подаётся в очень небольших количествах), а с другой — пока всё это порежешь, намажешь и обмакнёшь, успеет прийти чувство насыщения. Не говоря уже о том, что растягивать утреннюю трапезу приятно как никакую другую.

В Cafe Privato вообще легко забыть о времени: старинная мебель, приглушённая музыка, плетёные скатерти. За соседним столиком будто бы сидит писательского вида англичанин, навестить которого приехали пожилые родители. Он что-то показывает им на iPad, в то же время разгребая кипу бумажных почтовых конвертов. В такой атмосфере несложно додумать, что он, отбыв когда-то в Стамбул за вдохновением, так тут и остался, и теперь скучающие родители вынуждены сами отправиться в путешествие на поиски сына. Несомненно на Восточном экспрессе.

Кебаб

Не могу сказать, что я когда-либо являлся страстным поклонником шавермы. Что впрочем не мешает мне быть ценителем по-настоящему хорошей шавермы. Шаверма, шаварма, шварма, шаурма, кебаб, донер-кебаб, люля-кебаб, адана-кебаб, тантуни, чикен-рэп, пита, лаваш, белый соус — так ли важны все эти слова по отдельности, если удовольствие мы испытываем от правильного их сочетания вместе?

С первого взгляда любителям сего изысканного блюда Стамбул покажется раем. Подобно Starbucks в Сиэтле из окна одного кебаба здесь обязательно видно другой. В отличие от Starbucks в Сиэтле в Стамбуле едва ли найдутся два одинаковых кебаба. Уж не говоря о национальных особенностях вроде адана-кебаба (продолговатые котлетки, слепленные из фарша молодого барашка), даже привычная нам шаверма с использованием мяса, поджаренного на вертикальном вертеле, существенно отличается от места к месту: поострее, покислее, более пряная, немного подкопчённая, на гриле, на углях.

С ценами тоже всё не так просто, как можно было бы подумать. Где-то за очень вкусный, но совсем небольшой тантуни (мелко нарубленное мясо обжаренное на специальной сковороде вместе с очищенными помидорами) возьмут аж 10 TL, а где-то за 32 TL принесут такую порцию «на двоих», что вы искренне пожалеете о том, что не позвали кого-нибудь с собой. Или не совсем искренне.

В виду всех перечисленных обстоятельств выбрать какой-то один кебаб никак не представляется возможным. Вместо этого перечислю тройку мест, которые способны протянуть блюдо помощи, если вы вдруг оказались неподалёку.

Kebapci Baris Usta

Попав сюда впервые, мы, как оказалось, были недостаточно голодны. Отделавшись обычной шавермой в лаваше, когда на столах вокруг нас окружали тарелки тарелок, мы поняли, что придётся вернуться. На фото выше — скромный набор на двоих (32 TL), из которого нам удалось «скрутить» около 8 собственных шаверм. Признаюсь, я уже не могу сказать точно, сколько их было. Я вообще плохо помню, как мы оттуда выбрались.

Если верить меню, существуют наборы на четверых.

Gelgör Kebap Salonu

Наверно ты никогда не можешь быть готовым к Гранд базару. Конечно, мы заблудились. Потерялись. Проголодались. «Один поворот направо, затем на параллельную улицу к воротам №5. Как выйдите, сделайте ровно шаг и сверните налево.» Так мы и оказались в месте похожем на столовую полную турецких работяг. Вместо лаваша нам принесли целую корзину идеально допечённых лепёшек, а к мясу подали нечто вроде холодной перловки и само собой острый соус с салатом из свежих овощей. А хозяева не только согласились на фотографию, но и поделились визиткой. И вкусно, и приятно.

Kizilkayalar Hamburger

Сегодня эта забегаловка, расположенная прямо на площади Таксим, окружена ещё десятком подобных, от которых на первый взгляд ничем не отличается. Но если верить истории на сайте — всё верно, кебаб с собственным сайтом! — именно Kizilkayalar Hamburger первым во всём Бейоглу начал продавать донер, фактически положив начало повсеместному распространению этого фастфуда. Позднее, когда все вокруг обзавелись вертикальными вертелами, в Kizilkayalar Hamburger придумали собственно «мокрый бургер», ставший ночной легендой оживлённых окрестностей. Теперь хоть есть, что рассказать, когда спрашивают о Стамбульской истории.

Шаверма, которую мы попробовали в Kizilkayalar Hamburger, пожалуй, больше всего похожа на то, что можно встретить в России. Здесь нет такого количества белого соуса, заливающего всё вокруг, а мясо готовят «с дымком». Но это скорее преимущества. Однако главным героем вне всяких сомнений является мокрый бургер ака вэтсбургер. Булочки для такого щедро поливают томатно-чесночным соусом, а затем вместе с котлетой отправляют на пару часов в хамам для бургеров. Результат — жевательно-мягкий, насквозь сочный и возможно лучший, что можно получить за 2,5 TL.

Но не кебабом едины. Есть в Стамбуле и хиповые места. Например, целый квартал Karaköy. На узких улочках, где раньше обитали строительные магазины и мастерские, теперь ютятся хорошенькие рестораны, художественные галереи и магазины приятных мелочей. На летних террасах пьют кофе молодые и модные, а рядом потягивают сигареты стиляги постарше.

Unter

Необработанные стены, стулья а-ля Herman Miller и окна от потолка до пола, через которые можно любоваться террасой соседнего Karabatak. Взглянув на это помещение через Панорамы, можно представить какую трансформацию переживает Karaköy в последние пару лет. Сегодня же для праздного бранчинга тут можно выбрать, например, холодный копчёный сибас (около 25 TL), чью нежность способен нарушить лишь 100% свежевыжатый лимонный лимонад (около 10 TL).

Naif

В Naif, который находится в том же Karaköy, но ближе к Istanbul Modern, мы пошли специально за жаренным осьминогом (30 TL), который считается традиционным блюдом турецкой кухни. Поедая этого изумительно вкусного морского зверя в спокойной, по-хорошему домашней атмосфере, так и хочется подумать, что вот она, красивая жизнь. Ведь переводе с турецкого naif значит «мечтательный».

Самое вкусное, разумеется, напоследок. Должен же быть какой-то бонус для тех, кто добрался до конца. Дондурма, турецкое мороженое — это что-то абсолютно невероятное. Внешне тянет аж на 85 лайков, но на вкус... Оно жевательное! Тягучее, оно жуётся подобно маршмэллоу. При этом очень холодное. Холоднее мороженого. И тает гораздо медленнее, попутно теряя свои жевательные свойства. Эту до смешного необычную особенность (приобретаемую с добавлением салепа и мастики) сложно описать, но поверьте — это лучшее, что могло произойти с мороженым.

Однако, чтобы его попробовать, нужно заплатить не только деньгами. На ютубе так много видео на эту тему, что неудивительно, что нашёлся парень, у которого покупал мороженое я. Ага, вот эти ребята:

И так происходит с каждым, кто хочет попробовать турецкое мороженое. Причём продавец в лавке на другой стороне улицы своему коллеге ни в чём не уступает. Особенно в наглой ухмылке. Дондурма какая-то. И всё же это мороженое настолько хорошо, что в тот же день я опустился в глазах толпы ещё раз.

Кстати, в прошлом году в Питере открылось кафе турецкой сети MADO (от Maraş Dondurma — тур. марашское мороженое), где дондурму можно попробовать без каких-либо унижений (50 руб. за шарик). Может быть, она и теплее на вкус — а значит не такая тягучая — но вполне себе жуётся.

PS Пробыв в городе всего неделю, я ни в коем случае не претендую на соперничество с путеводителями или местными экспертами. Но приведённые выше места мне удалось опробовать лично, и при возможности я бы с удовольствием сходил туда снова.